Когда дочке исполнилось семь месяцев, я подошла к мужу и сказала: «Правда стало легче?». Он пожал плечами и обронил: «Наверное».

Оглядываясь назад, я понимаю, что эти семь месяцев были самыми сложными в моей жизни.

Ещё в роддоме, когда я за всю ночь поспала минут 40, до меня дошло: «Так будет год или два!».

Когда мы принесли дочь домой, я поняла, что теперь мы будем один на один.

Она зависит на 100% от меня, я не могу оставить её ни на миг. Груз ответственности заслонил белый свет.

image

Спустя семь месяцев, я пыталась объяснить мужу, что именно стало легче. Удивительно, но воспоминания не стёрлись вопреки ожиданиям.

Когда дочь была ещё совсем крошкой, она много плакала. Очень много. Мне казалось, что постоянно.

А когда мне всё же удавалось уложить дочь спать, с работы приходил муж, с нежностью смотрел на нашу дочку и говорил: «Маленькая наша». Я устремляла взгляд в одну точку и думала: «Если бы ты знал, что тут было полчаса назад».

Я была уверена, что я ужасная мать, потому что все молодые мамы с колясками улыбались, весело болтали между собой, а у меня не было на это сил. Мне хотелось спросить их: «Вам правда всё в удовольствие? Или вы рисуетесь? Скажите мне честно».

Мне было необходимо, чтобы хоть один человек сказал: «Мне тоже было фигово. Это пройдёт. Я знаю».

Когда дочь плакала часа по 4 подряд, а мне хотелось положить её в кроватку и бежать из дома без оглядки, я корила себя за эти мысли. Думала, что я нерадивая мать, раз не могу успокоить собственного ребёнка.

Я ненавидела мужа. Натурально ненавидела. Потому что он ходил на работу, общался с другими людьми, веселился, ел двумя руками и вообще – принадлежал себе. Меня раздражали его разговоры об усталости и о том, что работать тяжело. «Что ты понимаешь?» – думала я. При муже Лея вела себя идеально. Редко плакала. Поэтому он и не мог понять меня, моего состояния.

Я плакала целыми днями и чувствовала себя ужасно одинокой. Мне казалось, что жизнь – тьма, впереди – тьма. Где-то в затылке стучала мысль, что это не навсегда, станет легче.

Я говорю об этом открыто, потому что мне самой было необходимо знать, что кто-то прошёл через подобные мысли. Мне было нужно знать, что не я плохая, слабая, это просто такой период материнства.

Я хочу, чтобы вы знали, что однажды вы сможете не просыпаться ночью ежечасно. Сон малыша станет длиннее.

image

Я хочу сказать вам, что злиться на мужа – это нормально. Потому что он уходит от «дня сурка» на работу, он более свободен, чем вы, и не понимает вас до конца. Это нормально. Но это может раздражать. Ещё как!

Я хочу сказать, что это нормально – обожать своего ребёнка, но раздражаться от его слёз и сходить с ума от постоянного крика. Важно докопаться до причины: вам кажется, что вы злитесь на ребёнка, но на самом деле вы ненавидите себя за то, что не можете понять, почему он плачет. Или вы стараетесь изо всех сил помочь ребёнку, но не получается. Любая впадёт в отчаяние.

Я хочу, чтобы вы точно знали, что вы не одни!

Миллионы женщин во всём мире испытывают то же самое.

Но молчат, потому что жаловаться мало кто любит и ещё меньше нравится, когда тебя жалеют. Во всяком случае, у меня так.

Этот текст не для того, чтобы вы мне посочувствовали, нет. Я уже выбираюсь из этой темнющей пропасти. Пусть легче и не станет, о чём я собираюсь написать в следующей статье, но станет привычнее. Будет меньше криков и слёз, ребёнок станет более понятным. И вам будет легче, обязательно!

Вы – не одна. Вы самая прекрасная мама для своего ребёнка.

Мне очень хочется обнять каждую маму, которая проходит или прошла через это. Мы с вами делаем лучшее из того, что можем. Даже иногда прыгаем выше головы.

Просто об этом периоде мало говорят. И мы оказались не готовы.

Как вы считаете, нужно ли говорить об этих трудностях? Был ли такой период в вашей жизни?

Всегда ваша, Саша «Из декрета всему свету».

comments powered by HyperComments