Дети 2-х лет — отличные учителя. Они величайшие специалисты в достижении своей цели. Они ставят перед собой сложные задачи и с вероятностью в 90% достигают успеха. Они гибкие, ловкие и чертовски хорошо манипулируют всеми, кто попадется им под руку.

Обозначим объективное положение ребенка. Перед ним взрослый человек. У него — все необходимые ресурсы. Этот человек старше, умнее, больше, хитрее.

“Я хочу пить только апельсиновый сок и только с трубочки желтого цвета”, — говорит ему ребенок. Лучше так и сделать, думает родитель.

А если — “Нет”. Вспоминайте, что будет делать ваш ребенок. В своих методах он не стеснен. Можно повторить просьбу 358 раз, можно биться головой об стену, можно устроить скандал, можно швырнуть подальше трубочку, если она розовая, и вылить на пол сок, если он яблочный.

Это может показаться странным, но ребенок в своих действиях логичен и прав.


 

В бизнесе есть простое правило: “Взялся за дело — доделай, поручил — проконтролируй выполнение”.


 

Механика здесь проста. Начиная дело, ты тратишь на него часть энергии. По завершению она удваивается. Если дело осталось незавершенным — энергия утрачивается, уверенность теряется, двигаться становится сложнее.

Если дело поручается, ты выделяешь энергию на то, чтобы дело было сделанным, другой человек принимает эту энергию и делает благодаря ней порученное дело. По завершению все довольны. Если поручение не выполнено — энергия теряется, а к подрядчику возникает претензия.

Для контроля других людей существуют рычаги влияния (деньги, положение, связи, эмоции). Если рычага управления нет или он не используется — работа может оказаться несделанной. И в этом случае вина будет именно на заказчике: это он не продумал последствия. Это его дело оказалось незавершенным.


 

Дети знают свои рычаги влияния, неустанно их изучают и всегда используют. Дети умные. И дети правы. Так ли хороши родители?


 

Всегда ли ребенок выполняет ваши просьбы? Или “наш ребенок очень умный. Ты его зовешь, а он хочет — идет, а не хочет — не идет”? Есть ли у родителей рычаги влияния? — Конечно! Их неограниченное количество: ребенок полностью от них зависим. Так почему они не используются?

Сегодня я убирала в комнате. На полу лежало пару грязных вещей Маши. У меня был выбор, сделать это самостоятельно или попросить об этом ребенка. “Возьми и отнеси их в стирку, пожалуйста”, — попросила я.

Эта ситуация ничем не отличается от той гипотетической рабочей. Я посчитала, что это задание вполне в ее силах, это не сложно и она справится. Я выделила часть своей энергии. С этого момента я рассчитываю на Машу.

Но Маша морозится. Ей не хочется относить вещи.

— Моя хорошая мамочка. Моя котюнечка, — ласково говорит она и обнимает меня.

 — Давай-ка ты отнесешь вещи в стирку, — говорю я.

Маша начинает подхныкивать, но за вещи не берется. “Отнеси вещи в стирку”, — повторяю я. Из спальни выходит папа, Маша быстро убегает от меня и идет с ним чистить зубы, демонстративно прикрывая за собой дверь.

Я не сдаюсь. Вещи остаются на месте. А я иду заниматься своими делами. Через пару минут Маша подбегает.

 — Мама, идем прыгать!

 — Я не буду с тобой прыгать. Ты все еще не отнесла вещи в стирку, — настаиваю я. Маша отходит от меня и начинает играть с мячиком.

 — Мама, дай сок.

 — Отнеси вещи в стирку, а потом я тебе дам сок.

 — Мама, я буду мешать сырники.

 — Отнеси вещи в стирку и приходи мешать.

На этом диалог неожиданно прервался. Маша отнесла вещи в стирку и все остались довольны.  Да, скажу я вам, можно задолбаться. Отнести вещи в стирку гораздо быстрее. На этот бодик со штанишками я потратила 20 минут своего утра. Стоило ли?

Стоило. Эта ситуация кажется незначительной, однако из нее следует целая череда интересных выводов.

Во-первых, если с этой ситуацией не разобраться, у меня возникнут к ребенку претензии. Они настолько незначительные, что заметить их крайне сложно. Но суммируясь они представляют собой огромный ком неудовлетворения, который обязательно отхлебнет ребенок. Как-нибудь. За раз.

С другой стороны, ребенок услышал просьбу, но не отреагировал. Это осталось незамеченным. Мама сделала это впоследствии сама. Закономерный вопрос — зачем тогда выполнять просьбы?

И последнее. Если мы это упускаем, а ребенок свои просьбы — нет, то кто реально главный в семье? У кого реально есть рычаги управления? И кто готов доделывать свои дела до конца?

comments powered by HyperComments