Ребенок еще не умеет сам надевать штаны, а у родителей в голове уже все расписано: факультет, оценки в дипломе, должность и оклад согласно штатному расписанию. Мама визуализирует свое чадо в большом кабинете с грамотами на стенах (или на сцене за роялем — не важно). А ребенок, жизнь которого превращается в объект родительских медитаций, оказывается в положении, когда нужно либо сдаться и оправдывать надежды, либо отвоевывать право на собственный выбор. Конечно, было бы странно, если бы родители не строили никаких планов на своих детей. Пожалуй, высшая степень родительского юродства — это когда им искренне все равно, какую жизнь проживет их ребенок. Но как не перегнуть с мечтами о будущем?

 «Я еще до беременности мечтала, чтобы мой будущий ребенок обязательно стал врачом, — делилась со мной как-то знакомая мама одинадцатиклассника, — Знаешь, таким гениальным властелином скальпеля и фонендоскопа, который с полувзгляда ставит правильные диагнозы и тут же их вылечивает. Объяснялось мое желание родить эдакого доктора Хауса банально: мне всегда страсть как нравилась медицина, но между мной и клятвой Гиппократа  лежала пропасть из моей брезгливости и мнительности. Надеялась, что хоть сын воплотит мои мечты. Сколько наборов юного врача было куплено, сколько энциклопедий, анатомических атласов, микроскопов…  А в итоге сложно найти человека, более равнодушного к медицине, чем мой сын. Играет на гитаре, пытается программировать и бредит учебой в Политехе. До сих пор думаю, что я сделала не так и почему так и не смогла заинтересовать его прфессией мечты». 

Психологи крайне настороженно относятся к попыткам родителей заставить ребенка проживать ту жизнь, о которой мечтали мама или папа. Существует категория родителей, которые никак не могут «перерезать пуповину» и считают своих детей даже не своим продолжением, а частью себя. Есть рука — ею можно работать, есть ноги — они должны помогать мне перемещаться в пространстве, а есть ребенок — он должен реализовывать мои амбиции. Это опасный путь, который зачастую приводит детей, как минимум, к отчуждению от родителей, как максимум — к серьезным комплексам и даже психическим расстройствам.

Осознать своего ребенка как отдельную личность — первоочередная и достаточно трудновыполнимая задача. Труднее всего бывает прекратить требовать бесконечной благодарности за подаренную жизнь и проявленную заботу. Хотя, в конце концов, о первом вас никто не просил, а второе — ваш естественный долг.

Когда ребенок, едва научившись ходить, превращается в ураган «Катрин» домашнего масштаба, родительское «Не лезь, не трогай, не подходи» можно считать природным проявлением опеки. Опекой можно назвать и сакраментальное «Надень шапку!», когда ребенку 13 лет, и он считает, что гулять в мороз без головного убора — это круто. Но в этой программе опеки есть один существенный баг: родителям рано или поздно начинает казаться, что ребенок без их подсказок не способен ровным счетом ни на что. Ни шапку надеть, ни нормальную профессию выбрать.

Конечно, нельзя позволить младенцу уронить себе на голову чугунную сковородку,а подростку — заработать менингит. Задача родителей в воспитании личности, по сути, сводится к созданию условий безопасной свободы. Той свободы, в которой ребенок может без опасности для жизни и здоровья исследовать мир, принимать решения и даже (слабонервным родителям в этом месте лучше закрыть страницу) ошибаться. Если вы все еще думаете, что можно просто взять и переложить свой бесценный жизненный опыт в мозг ребенка через уши, то у меня для вас плохие новости. Чужие шишки не болят, даже если они мамины.

Создание безопасной свободы — это не только спрятать от годовалого самурая колюще-режущие предметы, оставив ему на растерзание кастрюли. Это еще и позволить ему спустя годы заниматься тем, что выбрал он сам (если это, конечно, не торговля наркотиками, азартные игры или что-то еще опасное и незаконное). В самом деле, нет ничего плохого в том, что интересы детей не всегда совпадают с ожиданиями родителей. Хуже, когда этих интересов вовсе нет. Даже если вместо великого астронома у вас вырастет крутой барабанщик — разве это повод меньше его любить или меньше им гордиться?..

Несколько фактов из жизни успешных и знаменитых:

Отец Майкла Дугласа, актер Кирк Дуглас, готов был костьми лечь, лишь бы его сын никогда не слышал слов «Камера! Мотор!». Папа видел Майкла только в мантии ученого и собирался отправить на учебу в Йель. Сына такая перспектива не радовала, он начал хипповать и обивать пороги всех возможных кастингов. Известным актером Майкл Дуглас стал раньше, чем помирился с отцом.

Актерская профессия не принесла маме Дженнифер Энистон ни славы, ни денег. Поэтому свою дочь она всячески пыталась удержать от разочарований. Дженнифер в своем стремлении стать актрисой была непреклонна, и мама не нашла ничего лучше, как объявить дочери бойкот, который затянулся на долгие годы. Энистон достигла успеха, и не благодаря поддержке матери, а вопреки ее неверию. Только это не так уж и важно в свете безнадежно испорченных отношений.

Родителя Андрея Кузьменка (Кузьмы Скрябина) втайне от сына дали приемной комиссии громадную взятку — 4000 рублей (в 1987 году это была стоимость новенькой машины), чтобы его взяли на стоматологический факультет медуниверситета. Кузьма уже тогда был с головой в музыке. Но родителям казалось, что, ставя золотые коронки, он сможет зарабатывать больше, чем брыньча на гитаре. Сам Андрей в одном из интервью говорил, что стоматолог из него был так себе: рты его пациентов не закрывались из-за слишком высоких пломб.

comments powered by HyperComments