Нытье относится к такому агрессивно-бессмысленному роду детской деятельности, от которого «нужно отучать» и за который может быть «стыдно». Нытье кажется некоей «вредной привычкой», которую нужно искоренить. Ноющий ребенок — не чемпион, однозначно. Родитель ноющего ребенка тоже не чемпион.

Я не раз говорила, что практика йоги и медитации учит воспринимать повседневные проблемы словно сквозь фильтр ясности, образованный вдохом и выдохом с тишиной в уме.

Итак.

  • Первое, что я поняла, это то, что они (тут, и дальше в тексте — дети)  ноют не потому, что они хотят сделать мне неприятно (унизить меня, показать мою материнскую несостоятельность). Им в момент нытья вообще плевать на меня и на окружающих, в глазах которых они дискредитируют что-то там. Они делают это такими голосами и используют такие слова,  чтобы действительно зацепить что-то в нас, родителях, чтобы мы просто услышали. И так как они нас хорошо знают и чувствуют, зацепить получается иногда очень больно, за что хочется порычать на них в ответ. Реакция родителей на детское нытье — это как своеобразный тест на эго. Это противоборство «мне неприятно тебя слушать и точка» с «мне неприятно, услышь меня».
  • Дети слабые. Мы, родители, часто, когда дети ноют, чувствуем примерно то же самое и тоже с удовольствием бы поныли: нам тоже может хотеться домой, на ручки, пить, вкусненькое, но мы же ведем себя иначе. И хотим этого от детей.
  • Когда ноешь, то становится легче. Мы, взрослые, это прекрасно знаем. Но мы большие и опытные, мы можем подавлять многое в себе (и потом спокойно умираем от инфарктов и инсультов), в то время как детям трудно держать в себе свою боль и недовольство.
  • Самое главное: дети имеют право на то, чтобы им что-то не нравилось! Несмотря на наши усилия, на то, что мы ради них делаем! Часто бывает, что мнение родителя и ребенка о том, что «хорошо», не совпадают. И дети имеют право быть недовольными.
  • Дети иногда ноют вообще по другому поводу, не озвучивая истинную причину своего дискомфорта. Им кажется, что эту причину вообще невозможно осознать и озвучить. Но так как ныть хочется, то они цепляются за первый попавшийся повод.
  • Есть дети-нытики. Взрослые такие тоже есть. Это просто характер — смотреть на происходящее через призму осторожности, недоверия, сомнения. Достаточно просто принять их такими, какие они есть, и не париться с перевоспитанием.

Когда у человека все хорошо — он не ноет. И в жизни детей бывают такие ситуации, когда им не очень хорошо. Нравится нам это или нет. Ну просто полно таких ситуаций. Жизнь вообще боль, особенно когда ты мал и должен жить по правилам.

Мои дети ноют:

  • Стабильно каждый день, когда есть тренировка.  Это совершенно легальное нытье, к которому готовы и они, и я. Они выходят после четырех часов занятий уставшие, возбужденные, голодные. И им просто необходимо на ком-то сорваться. Вполне естественно, что срываться приходится на родной матери. Я понимаю это и прощаю им подобную эксплуатацию себя. Им трудно совладать с собой, со всем тем, что приходилось замалчивать, упаковывать внутри себя и если, например, я не встречаю их с едой и питьем — они ноют. Потом они ноют, пока мы идем домой. Так как мы идем домой, как правило, поздним вечером, и в наших широтах или очень холодно, или очень жарко, то это все вызывает дискомфорт. Это нормально. Очень часто мы едем домой без машины, и эти промозглые вечера на трамвайной остановке вызывают у них смешанные чувства. Они ноют. И я их прекрасно понимаю.
  • Когда им чего-то хочется, но они не знают чего, но тягостное чувство неполноценности, недостаточной наполненнности их жизни позитивными эмоциями берет верх. «Чего-то не хватает» — это знакомо всем нам. И дети начинают мечтать, фантазируя с активным нытьем — хотим еще одно домашнее животное, купи мне новый телефон и так далее. Важно оценить сперва обстоятельства, сопровождающие и предшествовашие нытью, а потом уже делать выводы, реагировать и принимать решение. У нас, например, наблюдается опустошение после таких желанных новогодних праздников. Ожидалось чудо, сказка, но подарки под елкой кончились, новый год взял и прошел. И они ноют, словно цепляясь за опостылевшую повседневность, словно под натиском навалившихся на них будней.

Какой алгоритм я предлагаю:

 
  • Важно не раздражаться и не превращаться в зверя. Тон, которым осуществляется нытье — бесит.  От «неподобающей интонации, в которой нет ни капли уважения и сочувствия» забываешь о ребенке, об обстоятельствах и готов рычать «меня обидели!». Эти дети еще каких-то несколько лет назад какали в памперс — подумать только, чему они научились за такой короткий срок! Это на взрослого человека можно обижаться за «неуважительный тон». С детьми все иначе.
  • Важно понять и трезво оценить причину нытья. В нашем случае все прозрачно — напряжение на тренировке, голод, усталость, ужас от висящих Дамокловым мечом уроков дома, ночь за окном, холодный трамвай или полутемная маршрутка. Но есть случаи куда более запутанные — неполадки в семье у старших, мамино внимание занято чем-то или кем-то другим. В любом случае нытье — это способ привлечь внимание. Так нужно же как-то реагировать на это. Достаточно даже сказать: «да, мои милые, вы правы, это все ужасно, вы такие молодцы, что столько вытерпели, мне вас так жалко, я так горжусь вами… ». И предложить варианты решения проблемы: не пойти на тренировку завтра, отпроситься с тренировки раньше и тд. Подозреваю, что для многих родителей это может казаться неприемлимым — то есть, как это, не пойти… как это, пропустить. Но если вы не в сговоре с ребенком, не на его стороне — будет трудно. Хотя это тоже выбор.
  • Важно действовать. Однажды мы ехали в трамвае, и Никита (7 лет) мерзко ныл. У него не было места, чтобы он мог сесть (сидели девочки), и он требовал, чтобы ему дали телефон. У нас правило — стоя мы в общественном транспорте не играем на гаджетах (могут упасть и разбиться). Я его хорошо понимаю — усталость, трамвай, голод, неблизкая дорога — это был ор сильного молодого животного, стремящегося к лучшей жизни. Унять его было невозможно. И я приняла решение об эвакуации — ор с канюченьем  мало мешал мне, но мог мешать другим пассажирам. Они-то уж точно ни в чем не виноваты. Мы эвакуировались в промозглую сырую ночь где-то в районе улицы Красноткацкой. Никита, не ожидая такого поворота, замолчал и начал торопливо забирать свои слова обратно — мол, все, проехали, я ничего такого не имел в виду. Девочки зато были готовы расплакаться : «ну что ты наделал?!». И я сказала, переводя на литературный язык, примерно следующее: «твое поведение было неподобающим. Мы все терпели, нам всем было нелегко. Но продолжать движение с твоим нытьем было невозможно, потому мы вышли в ночь на улице Красноткацкой и сейчас будем добираться несколько кварталов домой пешком исключительно из-за твоей слабости и невозможности держать свои эмоции при себе. И сейчас страдаем все мы.» После этого случая ор и неподобающее поведение в общественных местах у нас не повторялись.  Иногда, когда у меня нет времени вести вдумчивые педагогические речи и я чувствую себя проводником на склоне сложной горы, где все мы связаны одной веревкой, я могу коротко и страшно рявкнуть. Просто важно понимать, что и гору, и веревку — мы все видим примерно одинаково. И не находимся там постоянно.
  • И еще, тоже очень главное. Прямо совсем главное. Вы ни в коем случае не должны испытывать чувство вины. Это совершенно неконструктивное чувство, которое заставляет нас совершать нелогичные поступки. Когда дети ноют, что у них чего-то нет, что им очень хочется, мне не стыдно, что я не могу им это купить прямо сейчас. Когда дети ноют, что им тяжело, холодно и хочется домой — я понимаю, что происходящее наш осознанный выбор, мы на горе и на веревке. Когда дети ноют и я понимаю, что я что-то прошляпила и это моя вина — я говорю им об этом и пытаюсь, как могу, исправить ситуацию.

Автор: Ольга Яценко, мама четверых детей

comments powered by HyperComments