Я очень любознательная. Люблю читать, изучать и разбираться в интересных мне вопросах. Беременность и предстоящее материнство – это было ОЧЕНЬ мне интересно. Я изучила все! Как есть, что пить, в чем ходить, как тужиться, когда дышать, когда нет, как пеленать, или не пеленать, какие памперсы купить, какие «фу гадость», как воспитывать, как наказывать, чем кормить, стишки, потешки, песенки, игрушки, коляски, кроватки, пеленки…Список бесконечный. Одним словом к концу беременности я была очень подкована. Теоретически.

Я даже полностью изучила вопрос грудного вскармливания. Пересмотрела десятки видео о правильном прикладывании, перечитала кучу статей и чуть не стала адептом естественного родительства. И я никак! Ну просто никак не представляла, что на деле грудное вскармливание – это п…ц космического масштаба! Из песни слов не выкинешь.

После родов я была спокойна как танк. Такой… слегка подбитый танк. Дочку мне приложили к груди прямо в родзале. Она пожамкала пустую грудь, я удивилась новым для себя ощущениям, и мы вместе сели ждать прихода молока. Ждали 3 дня. Все это время Алиса довольствовалась каплями молозива и выглядела вполне счастливой. А я с умным видом регулярно прикладывала ее к груди. Читала же. Все знаю. Фигли нам, красивым бабам.

Будучи страшно начитанной, я была страшно предусмотрительна и с самого начала мазала соски бепантеном. То ли они у меня оказались какими-то сверх нежными, то ли у дочки с рождения был так сильно выражен сосательный рефлекс, но мои сиськи не выдержали и лопнули потрескались на 3-й день. Потрескались, так, что каждый раз у дочки после кормления по щеке стекала струйка крови. Моей.

Вампирская сага. Начало.

Я продолжала мазаться бепантеном уже чуть ли не по пояс. Помогает же… Всем в интернете! Кормлений я стала ждать с ужасом. Родовая боль не просто забылась, а прямо таки померкла по сравнению с сисечной. Впереди были долгие полтора месяца борьбы с трещинами.

Я испробовала все. Накладки на соски, кремы, мази, отвары, примочки. Не помогало ничего. Еще итернет советовал ходить и проветривать грудь. Ну то есть голой по пояс. И я ходила. Думаете это сексуально? Нисколько. Секс и новорожденный так же совместимы, как Валуев и Волочкова.

Из очень застенчивого по природе человека, после родов я раскрепостилась, как стриптизерша на шесте. Если бы сосед попросил меня показать сиськи, я бы показала. Ну то есть вообще не стыдно… как пакет молока из сумки достать.

Один раз, прикладывая дочку к груди, я не выдержала боли и расплакалась. А я, между прочим, гипер терпеливый человек. Сижу, кормлю и капаю слезами на ребенка. Муж испугался. А я ему говорю: «Вот представь. Ты вдруг порезал ЕГО… ну самого главного своего дружка. Случайно. И сильно. Тебе больно. Идет кровь. И кто-то каждые два часа на протяжении месяца доставляет тебе оральное удовольствие. С чувством, с толком, с расстановкой. По часу! Как минимум!» Его аж передернуло и он вызвал консультанта по грудному вскармливанию.

Приехала бодрая молодая девочка, которая с порога стала скандировать мне про важность ГВ, необходимость слингов и мир во всем мире. Я ее пресекла, потому что и так все это знала наизусть и взмолилась научить меня правильно прикладывать ребенка к груди, чтобы мои изжеванные соски были у нее глубоко во рту, а не между деснами. И она начала.

Брала Алису, дожидалась пока так откроет рот и с размаху надевала ее ртом на мою грудь. Алиса была в шоке. А я стонала от боли, потому что из 10 попыток получалась одна. Спасло ситуацию только время. Соски привыкли, ротик вырос и все как-то само по себе заживало. Но шрам на левой груди есть до сих пор… Там была не трещина, а Марианская впадина какая-то.

Это еще не все. Грудное вскармливание – это сплошные сюрпризы.

Лактостаз. Первый я встретила в 6 утра. Просыпаюсь, одна грудь как камень и болит. Я приложила к ней дочку и минут через 10 меня начало колотить от озноба. За пол часа температура поднялась до 39,6… И держалась так 4 дня. Я ела парацетомол, пыталась расцедить, ходила к хирургу, ультразвук, капуста, ребенок, душ… Ничего не помогало.

Помог удивительный дядечка преклонного возраста. Мамолог из роддома. Он пришел с древним профессиональным молокоотсосом и совершенно безболезненно за час спас меня.  Стало хорошо, хорошо…

Я внимательно следила за его действиями и все запомнила. Видимо не зря, потому что лактостаз меня накрывал еще раза 4 и всегда с температурой под 40. Но я уже научилась справляться сама.

Я кормлю Алису до сих пор. И планирую – до года, как минимум. Мы победили! Уже давно не больно. Вот сейчас я кормлю и одной рукой набираю этот текст.

Поэтому, те, кто сейчас чуть не плачет от боли – вы сможете! Слышите? Это все заканчивается. Я проверяла.

Лена Бел-Латрикс

 

comments powered by HyperComments